Судьба - Александр Дюмин

Сосны серые, сопки белые

И шагал этап.

А мороз крепчал, ветер с ног валил,

Но никто не ныл.

По краям конвой и собаки вой —

Сердце сжалося.

Силы бы сберечь, ведь сучня, как есть,

Отожралася.

Двести вёрст понты, нужно всем дойти,

Отогреемся.

Привыкать ли нам, чистым босякам,

К этим прелестям.

Пайка хлеба всласть, снега горсть — ништяк!

Не завялимся!

Но до лагеря долгожданного

Мы дотянемся.

Вспоминаю вдруг тополиный пух.

Хату старую.

Под окошком мать всё кричала вслед

Сказку старую:

«Не водись с ворьём, возвращайся в дом,

Ты, как все, живи.

Научись пахать свою землю-мать.

И детей расти».

На беду пущу я коммуну ту Всю колхозную.

Соберётся сход — трактора в расход

Gray pines, white hills

And the stage was walking.

And the frost was getting stronger, the wind was blowing from my feet,

But no one whined.

Along the edges of the convoy and dogs howling -

The heart sank.

To save strength, because bitch, as it is,

Got fat.

Two hundred miles of show-off, everyone needs to get there,

Let's warm up.

Should we, pure tramps, get used to

To these delights.

Ration of bread to your heart's content, a handful of snow - nishtyak!

Let's not get stuck!

But before the long-awaited camp

We'll reach out.

I suddenly remember poplar fluff.

The hut is old.

Under the window, the mother kept screaming after

The old story:

"Don't mess with thieves, go back to the house,

You, like everyone else, live.

Learn to plow your mother earth.

And children grow up."

In trouble, I will let that commune go All collective farm.

A descent will be gathered - tractors at an expense