Серёжа - Ольга Чикина

Сережа!

Как зеленая нива полно твое бедное сердце

Страданьем по весьма привлекательной барышне в белом во всем.

Сережа!

На ее белоснежном плече будет можно погреться.

А дальше — она будет твоей, и никто уж тебя не спасет.

Когда б ты согрелся оранжевым уличным светом,

Когда б ты увидел над городом вечный покой,

Когда б ты лежал на снегу и страдал за планету,

Планета тебе рассказала бы, кто ты такой.

Сережа!

Твоя барышня станет большой аппетитной супругой

В лиловых полосатых трико, а по праздникам — в белом во всем.

Сережа, даже если ты бросишь ее, ты поедешь по кругу,

Работа и паленая водка — ничто уж тебя не спасет.

Когда б ты поехал с работы не так, как бывает,

Когда б ты сошел на конечной и вышел к воде,

То в зеркальце мутном бедовый водитель трамвая

Глядел бы тепло — так никто на тебя не глядел.

Сережа!

Для таких раздолбаев, как я, ты — нормальный художник,

И город — этот город хранит, как умеет, тебя от машин.

Сережа, через год ты подаришь ей фен и рецепты пирожных,

А дальше — она будет гордиться тобой и гонять в магазин.

Когда б ты гонялся в трусах по рязанской метели,

Когда бы ты плакал один от любви к красоте,

Тогда б твои белые птенчики — раз — и запели

Под белой луной на твоем знаменитом холсте.

Seryozha!

How green the field is full of your poor heart

Suffering for a very attractive young lady in white in everything.

Seryozha!

It will be possible to warm up on her snow-white shoulder.

And then - it will be yours, and no one will save you.

When you warm up with orange street light,

When you saw eternal peace over the city,

When you lay in the snow and suffered for the planet,

The planet would tell you who you are.

Seryozha!

Your young lady will become a big appetizing wife

In lilac striped tights, and on holidays - in white in everything.

Seryozha, even if you leave her, you will go in circles,

Work and burned vodka - nothing will save you.

When you leave work in a different way,

When you got off at the terminal and went to the water,

Then in a muddy mirror, a troubled tram driver

If you looked warmly, no one would look at you like that.

Seryozha!

For gouging people like me, you are a normal artist,

And the city - this city keeps you, as best it can, from cars.

Seryozha, in a year you will give her a hair dryer and cake recipes,

And then - she will be proud of you and drive to the store.

When you were chasing in shorts through the Ryazan blizzard,

Whenever you cry alone from love to beauty,

Then your white chicks - once - and sang

Under the white moon on your famous canvas.